вторник, 31 августа 2010 г.

Война за любовь к войне

Есть три точки зрения на войну.

Точка зрения простого, маленького человека, который погиб неизвестно (ему в тот момент неизвестно!) зачем и почему.
...
Точка зрения владык и их приближенных. Они ведут эту игру. Там бывают красивые стратегические комбинации — обмануть, заманить, а потом взять в клещи и начать перемалывать.
...
Наконец, точка зрения простого человека во втором-третьем поколении. Он живет в победившей стране. Он уважает подвиги своих отцов и дедов. Но он ни в коем случае не желает считать их жертвами войны. Героями — да. Жертвами — ни в какую. Даже если они были мирными жителями и погибли от бомб врага в первый час войны. Даже если они умерли от голода и болезней в эвакуации. И уж конечно он не считает их жертвами, если они попали в окружение из-за неумелости, разгильдяйства или преступной гордыни руководства ... Все равно он будет считать, что погибшие внесли свою лепту в победу. Вернее, ему будут это объяснять. А он радостно согласится.
...
Патриотические разговоры о войне ведутся с точки зрения руководства Генштаба. А разговоры о войне с точки зрения маленького, простого, рядового человека и солдата (так называемая «окопная правда») сами собой становятся антипатриотическими. Чуть ли не предательскими.

Маленький человек не хочет быть предателем. Он хочет быть патриотом.

Поэтому он искренне сочувствует владыкам мира, вершителям истории. Он изо всех сил презирает таких же, как он, маленьких людей. Особенно тех, которые бесславно погибли. Потому что он не умеет жалеть. Его не научили, ему не подали пример: ни государство, ни литература, ни церковь.

Но вдруг получается незадача по типу когнитивного диссонанса. Маленький человек презирает жертв, но его отцы и деды, как ни крути, в половине случаев именно что жертвы. Те, которых на войне убило. Что делать?

А вот что: зарубить себе на носу, что они на самом деле не жертвы, а герои. Ковали победу. Внесли свою лепту. Поэтому их надо не жалеть, не оплакивать, а прославлять.

среда, 25 августа 2010 г.

Об особенностях гуманитарного образования

В начале 50-х руководство AT&T заметило, что много менеджеров среднего звена вышло из инженеров и техников. По мнению компании, у них часто не хватало инициативы и широты взгляда.

Чтобы исправить положение, компания решила дать менеджерам гуманитарное образование.
At&T совместно с Университетом Пенсильвании организовала Bell Institute of Humanistic Studies for Executives. Университетские профессора обучали менеджеров на интенсивных десятимесячных курсах. Студенты читали умные книги, ходили на концерты и в музеи. ... Курс был достаточно серьёзным: менеджеры прочли, в частности, джойсовского «Улисса».

Результаты оказались достаточно интересны. Студенты стали читать гораздо больше, чем до эксперимента. Они стали любознательнее и увереннее, более интеллектуально независимыми. Психологи сочли эксперимент успешным.

Но оказалось, что у обучения была и оборотная сторона. Выяснилось, что поумневшие менеджеры стали больше ценить время, проведенное с семьей и друзьями, и меньше — карьеру в компании. Они хотели жить, а не приносить себя в жертву прибылям акционеров.

К 1960 году Institute of Humanistic Studies for Executives был закрыт.

понедельник, 23 августа 2010 г.

Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?

В нашей стране, поскольку мы все работаем на государство, у всех психология чиновников — у писателей, состоящих членами Союза писателей, ученых, работающих в государственном институте, рабочих или колхозников в такой же степени, как и у чиновников КГБ или МВД. Разумеется, так называемый “средний класс” не только не представляет исключения в этом отношении, но для него, как я думаю, эта психология в силу его социальной срединности как раз наиболее типична. А многие члены этого класса попросту являются функционерами партийного и государственного аппарата, и они смотрят на режим как на меньшее зло по сравнению с болезненным процессом его изменения.

Таким образом, мы сталкиваемся с интересным явлением. Хотя в нашей стране уже есть социальная среда, которой могли бы стать понятны принципы личной свободы, правопорядка и демократического управления, которая в них практически нуждается и которая уже поставляет зарождающемуся демократическому движению основной контингент участников, однако в массе эта среда столь посредственна, ее мышление столь “очиновлено”, а наиболее в интеллектуальном отношении независимая ее часть так пассивна, что успехи Демократического движения, опирающегося на этот социальный слой, представляются мне весьма проблематичными.

Но следует сказать, что этот “парадокс среднего класса” соединяется любопытным образом с “парадоксом режима”. Как известно, режим претерпел очень динамичные внутренние изменения в предвоенное пятилетие, однако в дальнейшем регенерация бюрократической элиты шла уже бюрократическим путем отбора наиболее послушных и исполнительных. Этот бюрократический “противоестественный отбор” наиболее послушных старой бюрократии, вытеснение из правящей касты наиболее смелых и самостоятельных порождал с каждым разом все более слабое и нерешительное новое поколение бюрократической элиты. Привыкнув беспрекословно подчиняться и не рассуждать, чтобы прийти к власти, бюрократы, наконец получив власть, превосходно умеют ее удерживать в своих руках, но совершенно не умеют ею пользоваться. Они не только сами не умеют придумать ничего нового, но и вообще всякую новую мысль они рассматривают как покушение на свои права. По-видимому, мы уже достигли той мертвой точки, когда понятие власти не связывается ни с доктриной, ни с личностью вождя, ни с традицией, а только с властью как таковой: ни за какой государственной институцией или должностью не стоит ничего иного, как только сознание того, что эта должность — необходимая часть сложившейся системы. Естественно, что единственной целью подобного режима, во всяком случае во внутренней политике, должно быть самосохранение. Так оно и есть. Режим не хочет ни “реставрировать сталинизм”, ни “преследовать представителей интеллигенции”, ни “оказывать братскую помощь” тем, кто ее не просит. Он только хочет, чтобы все было по-старому: признавались авторитеты, помалкивала интеллигенция, не расшатывалась система опасными и непривычными реформами. Режим не нападает, а обороняется. Его девиз: не троньте нас, и мы вас не тронем. Его цель: пусть все будет, как было.

Апрель-май-июнь 1969

вторник, 17 августа 2010 г.

Переселение россиян в Украину стало следствием Голодомора 1933 года

Недавно в Украине была издана уникальная карта "Голодомор 1932 - 1933 годов”, на которой обозначены не только места так называемых "черных досок" (специальные карательные меры против отдельных сел, когда голодное село окружали вооруженными отрядами, чем обрекали его на гибель), но и пути переселения на вымершие территории людей из России и Беларуси.



Всего - 22000 семей и, соответственно, хозяйств...

Как бы там ни было, и теперь их потомки живут на этих землях и являются гражданами Украины.

И не стоило бы вспоминать о том, что было когда-то, если бы прошлое не имело последствий в наше время.

А последствия есть, и они действительно впечатляющие. Это большое переселение россиян оказалось бомбой замедленного действия, и время этого действия наступило сегодня. Мы имеем по большей части непатриотичный, неукраинский юг, который тяготеет к России так, что аж готов слиться с ней. Часть граждан нашего государства не заинтересована в его территориальной целости и в его существовании вообще.

суббота, 14 августа 2010 г.

Развенчаем пару мифов о Сталине и Гитлере

...об этом нам рассказывает историк Джон Моузир (John Mosier) в своей новой книге под заголовком «Машина смерти, или Гитлер против Сталина на Восточном фронте, годы 1941—1945»
...
вся эта заварушка в целом была столкновением на экономическом фронте, а вовсе не на политическом. Союзники, в числе которых к концу войны оказался и Советский Союз, попросту обогнали Германию по производству; более того, Третий Рейх был разгромлен двумя странами, которые даже не были его врагами, когда война началась, то есть Соединёнными Штатами Америки и Союзом Советских Социалистических Республик.
 ...
Эта чудовищная война, шедшая на фоне массового истребления людей тиранами с их механистическим подходом к жизни гражданских лиц, превратилась в настоящую этническую бойню, в том числе — поляков и прочих славянских народов, многим из которых при Сталине жилось немногим лучше, чем при Гитлере. А сами эти восточноевропейцы, которых преследовал Гитлер, тоже отнюдь не дружили с евреями, которые в этом крематории едва не погибли все.

На этих страницах воссоздана борьба между злобными советскими головотяпами с их малодушными лидерами, готовыми принести в жертву миллионы жизней, лишь бы выжить самим, и злобными немецкими технократами с их лидерами, не ожидавшими проблем, связанных с военным перенапряжением, а также не представлявшими, какое преимущество имеет их противник, ведущий оборонительную войну в отсталой местности и владеющий неограниченным запасом пушечного мяса. Автор полагает, что Сталин был настолько, насколько это вообще возможно, близок к тому, чтобы остаться без людей, которые к 1943 году зачастую перед отправкой на фронт проходили всего через два дня подготовки.
 ...
Сталин не был ошарашен предательством Гитлера в 1941 году, а просто слишком зациклился на событиях 1914 года, думая, что у него есть ещё несколько недель на мобилизацию, а дипломатическое решение ещё возможно. Нацистов в России победила не зима, а осень, точнее, не гололёд на дорогах, а грязь на них. Сталин не отказался бы от перемирия, но продолжал драться потому, что мириться не хотел Гитлер. А что касается Курска, то там чистой победы одержано не было, что бы ни говорила советская пропаганда.

Мораль войны обычно бывает страшная. Вот какую мораль выводит автор: войну на Востоке Гитлер должен был проиграть — и он её проиграл. Немцы несколько раз оказывались в шаге от победы, но их победил не сильнейший противник, а превосходящая воля или, по крайней мере, превосходящая готовность заплатить цену победы. Сталин выиграл войну «только потому, что был готов принести в жертву порядка двадцати семи миллионов русских».

Примирение

пятница, 6 августа 2010 г.

Умным философия в помощь, другим – в наказание

Свобода мысли сама по себе ничего не дает.
Свободомыслие хорошо тогда, когда развита способность мыслить.

Слишком маленькая страна

С самого начала воцарения нового Президента и его команды обретенная нами зимой 2010-го власть демонстрировала нелепое колхозное тщеславие. Для начала в городе Киеве стали перекрываться дороги для проезда всяких важных людей особого сорта. Затем этим перекрытиям дорог придумали объяснение: якобы где-то в недрах Великобритании по согласованию с некоторыми женщинами-политиками в Украине готовится коварное покушение с применением смертников и прочих слуг зла на самого нашего Гаранта.

Потом начались беседы сотрудников "правоохранительных" органов с ректорами различных вузов - чтобы присматривали за студентами, которые выражают недовольство всякими министрами и вообще неадекватно воспринимают нашу светлую демократическую действительность. Где-то между делом телохранители Украинца № 1 не пустили генсека Совета Европы в туалет, где уединился Улучшатель Жизни Уже Сегодня. Теперь вот блогеров учат, какие мысли и шутки - вредные. Ничего не напоминает такое поведение в комплексе, ага?
...
От возглавляющих нашу страну политиков за тысячу верст тянет желанием быть большими, во всех смыслах, людьми. Украины в этом смысле им очень мало. Пожалуй, где-то в глубине души Янукович и даже сотрудники СБУ, обучающие блогеров правильному чувству юмора, тайком надеются, что все-таки произойдет какое-нибудь покушение. Хоть на кого-нибудь. Что найдется завалящий смертничек, который захочет отомстить за уничтоженный налоговиками бизнес или недовыполненное обещание сделать русский вторым государственным языком.

Тогда наконец можно будет почувствовать себя нужными и важными. И сказать на очередном саммите, отдавая уран или военную базу какому-то Обаме или Медведеву: "Знаешь, старик, как я тебя понимаю, президент Большой страны - такое трудное и опасное дело"...