Наука как кровная сестра монотеистичной религии

Wallace B.A. 2000. The Taboo of subjectivity. Toward a new science of consciousness. Oxford Univ. Press. 

Говорит: я считаю, что научный материализм верен в мире научного материализма и не обязательно верен в реальности как мире в целом.
Угу.
Потом говорит: я разделяю четыре части проблемы, выделяю 1 науку как таковую, 2 философию науки - научный реализм, 3 метафизику - научный материализм, и 4 фундаментальное кредо - сциентизм.
И по этим ступенькам он прогоняет разные положения. То есть такие слова, как редукционизм, физикализм, материализм и проч. у него раскиданы по полочкам этих четырех уровней.

Показывает, что историческое развитие доктрины научного материализма тесно связано с христианской теологией. 

Влияние религии на научную революцию - фундаментально. 
1. Понятие истины. Возникло в кругу единобожных религий. Противопоставляются две точки зрения на творение - воззрения Бога - объективные, и человеческие мнения. возникает представление о множестве мнений и единственной истине. Отсюда - наука. 
2. Много позже, уже прямо перед научной революцией - протестантизм и его принцип - практика как критерий истины. Отсюда опыт, критерий полезности и пр. 
3. Детерминизм, причинность - давние религиозные темы, особенно играющие в протестантизме.

Получается картина - как раз к 16-17 вв. религия выработала набор общепринятых, то есть распространенных и известных каждому образованному понятий, с помощью которых можно строить науку. Эти понятия - истина, единственная и отличающаяся от множества мнений, цепь причин и следствий, по которой можно продвинуться к причинам явлений, детерминизм, проверка мнений практикой. Место теологии занимает научный материализм, сначала в форме деизма - творец создает время, пространство, тела и совершает первый пинок, инициируя движение. Вот с этого момента начинает работать научный материализм, это как раз время Декарта, Бойля и пр. 
Тем самым наука - это такая распространенная сегодня, но все же дочерняя ветвь теологии. Как махаяна - распространенная, но младшая ветвь... А тхеравада - менее распространенная, но более древняя форма...


Более того, одним из понятий, разработанных церковью, был материализм. Учение о чудесах регулярно различало сверхприродные вмешательства и обычный природный порядок вещей. То есть создавалось понятие, которого не было в древности - об обычном внечудесном порядке вещей. Так создан церковным учением материализм. 
То есть оказалось, что истинным мировоззрением, которое подготавливала церковь веками, был материализм. Собственно, церковь готовила материализм под своим идеологическим влиянием, а потом нашлась иная идеология, которая произвела возгонку и выработала иную, скажем так, более рафинированную, математическую идеологию на почве все того же созданного церковью материализма. Вот хоть Оккам со своим разором, да мало ли кто.


Эта работа "научной идеологии" привела к цивилизации, владеющей беспрецендентным контролем над физическим миром - и таким же беспрецедентным владычеством над сознанием людей. Ни одному идеологическому аппарату какой-либо религии не удавалось в сознании масс развить такое доверие к своим конструктам, вызвать поведение, согласующееся с догматами.


С теологией сражались - но взяли как образец работы в этом идеологическом жанре. То есть, сражаясь с идеологией, приняли на вооружение набор теологических умений и разработали сестринскую, почти тождественную по структуре, но обратную идеологию. Например, показывает, как то место в теологи, которое занимала "горячая искренняя вера", в научной идеологии занимает принципиальный скептицизм - причем все прочие моменты остаются неизменными. Я бы терминологически это обозначил так. Поскольку употреблять слово "вера" для науки самопротиворечиво и вызывает ненужную путаницу, это лучше обозначить более общим термином - принцип авторитета. Он несколько по-разному оформлен в религии и науке, но в обоих случаях жестко определяет, что допускается, а что - нет. Причем в обеих системах существует уверенность, что внутри у них царит свобода мысли и есть лишь разумные ограничения, просто обрисовка границ применения понятий. Находясь внутри каждой системы, просто невозможно понять, о чем толкуют люди, утверждающие, что внутри данной институционально оформленной религии или институциональной науки затруднено свободное мышление. 

Созданы две церкви - церковь и антицерковь, церковь религии и церковь науки. Обе того.
То есть в науке не нравится то, чем она похожа на церковь, а не то, что делает ее наукой.

Математика служит латынью, а вместо первого яблока - грибы.

продолжение - Другой Уоллес

На смену обезьяне

Сегодня нам понятно, что смена человека новой мыслящей сущностью – назовем ее некст сапиенс (следующий разумный) – не злая воля или недоразумение, а закон природы, следствие фундаментальных свойств физического мира, частью которого, не стоит об этом забывать, являемся и мы, люди. Разрабатываемая нами теория поствитализма утверждает: любая разумная планетарная жизнь начинается как биологическая (вита), а затем неизбежно переходит в искусственную форму (поствита). Некст сапиенс закономерно сменит гомо сапиенс, как последний в свое время пришел на смену обезьяне. Это как закон Ома – нравится он кому-то или нет. Такой путь проходят все разумные миры (чему есть вполне осязаемые подтверждения), и земной разум не будет исключением. Но некст сапиенс не будет человечеством в нашем сегодняшнем понимании цивилизации как одновременной совместной жизнедеятельности миллиардов гуманоидных существ. С точки зрения физики это весьма нерациональный способ существования разумной жизни. Новая цивилизация будет представлять собой весьма компактную единую планетарную сущность, не имеющую ничего общего с человеком и человечеством, кроме способности мыслить.
...
Весь трансгуманизм заключается, собственно, в единственном верном посыле – человек, как только появятся такие возможности, будет существенно менять и улучшать свое тело. Движущая сила таких улучшений – это борьба с «родовыми проклятиями» биологии, болезнями, смертностью. И завершиться она может только полным отказом от белковой органической основы жизни. Однако дальше мы видим явную неспособность понять, что это будет не создание некоей новой породы людей, как это себе представляют трансгуманисты, а возникновение совершенно иного вида живых существ. Если корову «модернизировать» так, чтобы она стала железной и питалась мясом, то это будет не транс- и не посткорова, а совсем «некорова». Так и «человек измененный» – это уже «нечеловек». Это будет сущность с совершенно иными жизненными потребностями и образом существования. Но если нет человека, значит, нет и никакого гуманизма. Ни транс-, ни сверх-, никакого. Подробнее: http://exlibris.ng.ru/person/2012-08-30/2_kishinets.html

Покушение на равноправие

Исследователь лаборатории биологического поведения университета Нанси Дидье Дезор в 1989 году провел такой опыт
Ученые оборудовали клетку с единственным выходом, туннелем, проходящим под водой в небольшом бассейне. Невозможно подняться на поверхность, она закрыта крышкой. Таким образом, крысы должны плыть, задержав дыхание, чтобы пересечь бассейн и добраться до пищи в расположенной на другом его конце кормушке с зернами. Вначале все крысы пробуют плавать. Но мало помалу они распределяют между собой роли. В клетках с шестью крысами спонтанно появляются две крысы эксплуататора, две эксплуатируемых, одна автономная и одна крыса — козел отпущения.
Эксплуатируемые плывут за зернами, а эксплуататоры отнимают их добычу. Когда эксплуататоры наедятся, эксплуатируемым разрешается поесть самим. Автоном сам плывет за зернами и жестоко дерется за право самому их и съесть. Что до козла отпущения, который не способен ни сам плыть за пищей, ни терроризировать других, то у него нет другого выбора, как подбирать оставшиеся крошки.
Все крысы мучают козла отпущения и все эксплуататоры бьют эксплуатируемых, без сомнения, для того, чтобы напомнить каждому его роль. Но самым волнующим является то, что, если поместить всех эксплуататоров в одну клетку, они будут драться всю ночь, а наутро снова появятся: два эксплуататора, два эксплуатируемых, автоном и козел отпущения.
То же самое произойдет, если собрать вместе эксплуатируемых, автономов или козлов отпущения. Во всех случаях это распределение берет верх. Экспериментатор увеличил число крыс до нескольких сот в одной клетке. Длинная ночная битва.
Наутро появился класс суперэксплуататоров, создавших несколько подчиненных себе слоев, чтобы властвовать, еще меньше утруждая себя. Им даже не нужно было больше терроризировать эксплуатируемых, это делали за них другие. Еще сюрприз: на другом конце козлы отпущения были еще больше замучены. В качестве назидания троих из них разорвали на куски и повесили на решетке клетки.

Источник

Корни личности

обращается к психотерапевту со своими жалобами пациент. Если психотерапевт - сторонник классического психоанализа, он будет исходить из того, что проблемы клиента - следствие нарушения взаимодействия Эго, Ит и СуперЭго. А если психотерапевт является сторонником трансактного анализа Эрика Берна, в голове страждущего будут искать Ребенка, Взрослого и Родителя. Сторонник Грофа будет искать системы конденсированного опыта, опирающиеся на базовые перинатальные матрицы, а представитель еще какой-нибудь школы - еще что-то принципиально иное. И все это работает!

Скажу даже больше. В голове пациента, выходящего от терапевта после успешного лечения, уже есть то ли Ребенок, Родитель и Взрослый, то ли системы конденсированного опыта. Но это вовсе не означает, что все эти детали и механизмы были там до того, как на его несчастную голову была наложена та или иная познавательная модель.

Корни личности

что такое бозон Хиггса

Источник http://plakhov.livejournal.com/189203.html

Можно поспорить на крупную сумму, что большинство из вас (в том числе и люди, интересующиеся наукой) не очень хорошо представляют себе, что же такое нашли физики на большом адронном коллайдере, почему они это так долго искали, и что будет дальше.

Поэтому небольшой рассказ о том (внимание, применяю особую SEO-магию), что такое бозон Хиггса.

Начать нужно с того, что люди вообще очень плохо умеют представлять в уме, что творится в микромире, на масштабе элементарных частиц. Скажем, многие со школы представляют себе, что электроны - такие маленькие желтые шарики, вроде мини-планет, вращающихся вокруг ядра атома, а то похоже на ягоду малины, составленную из красных и синих протонов-нейтронов. Те, кто немного знаком с квантовой механикой по популярным книгам, представляют элементарные частицы в виде этаких размытых облачков. Когда нам пишут, что любая элементарная частица одновременно является волной, мы представляем себе волны на море (или в океане): поверхность трехмерной среды, которая периодически колеблется. Если нам сказать, что частица представляет собой событие в некотором поле, мы представим себе поле (что-то такое гудит в пустоте, как трансформаторная будка).

Всё это очень плохо. Слова "частица", "поле" и "волна" крайне плохо отражают реальность, и представлять их себе нельзя никак. Какой бы визуальный образ ни пришел вам в голову, он будет неверным и будет мешать пониманию. Элементарные частицы не являются чем-то, что в принципе можно увидеть или "пощупать", а мы, потомки обезьян, рассчитаны на то, чтобы представлять себе только такие вещи. Неправда, что электрон (или фотон, или бозон Хиггса) "являются одновременно частицей и волной"; это нечто третье, для чего слов в нашем языке никогда не было (за ненадобностью). Мы (в смысле, человечество) знаем, как они себя ведут, мы можем производить какие-то расчеты, мы можем устраивать с ними эксперименты, но мы не можем подобрать для них хороший мысленный образ, потому что штуки, хотя бы примерно похожие на элементарные частицы, на наших масштабах не встречаются вообще.

Профессиональные физики и не пытаются визуально (или как угодно ещё в терминах человеческих чувств) представлять себе то, что творится в микромире; это плохой путь, он никуда не ведет. У них постепенно вырабатывается некоторая интуиция насчет того, какие там объекты обитают, и что с ними случится, если сделать то-то и то-то, но непрофессионал вряд ли сможет её продублировать.

Так, надеюсь, вы больше не думаете о маленьких шариках. Теперь о том, что же все-таки искали и нашли на Большом Адронном Коллайдере.

Общепринятая теория того, как устроен мир на самых маленьких масштабах, называется Стандартная Модель. Согласно ей, наш мир устроен так. В нём есть несколько принципиально разных типов вещества, которые различными способами взаимодействуют друг с другом. О таких взаимодействиях иногда удобно говорить как об обмене некими "объектами", для которых можно измерить скорость, массу, можно разогнать их или столкнуть друг с другом и т.п. В каких-то случаях удобно называть их (и думать о них) как о частицах-переносчиках. Таких частиц в модели 12 разновидностей. Напоминаю, что всё, о чем я сейчас пишу, все равно неточно и профанация; но, надеюсь, всё же гораздо меньшая, чем сообщения большинства СМИ. (Например, "Эхо Москвы" 4-го июля отличилось фразой "5 баллов по шкале сигма"; знающие оценят).

Так или иначе, 11 из 12 частиц Стандартной модели уже наблюдались ранее. 12-я - бозон, соответствующий полю Хиггса - то, что придает многим остальным частицам массу. Очень хорошая (но, конечно, тоже неверная) аналогия, которую придумал не я: представьте себе идеально гладкий бильярдный стол, на котором находятся бильярдные шарики-элементарные частицы. Они легко разлетаются в разные стороны и движутся куда угодно без помех. Теперь представьте себе, что стол покрыт некой липкой массой, затрудняющей движение частиц: это поле Хиггса, а то, насколько частица прилипает к такому покрытию - и есть его масса. С некоторыми частицами поле Хиггса не взаимодействует никак, например, с фотонами, и их масса, соответственно, равна нулю; можно представить себе, что фотоны похожи на шайбу в аэрохоккее, и покрытие не замечают вообще.

Вся эта аналогия неверна, например, потому что масса, в отличие от нашего липкого покрытия, мешает частице не двигаться, а ускоряться, но какую-то иллюзию понимания дает.

Бозон Хиггса - это частица, соответствующая этому "липкому полю". Представьте себе очень сильный удар по бильярдному столу, повредивший сукно и смявший небольшое количество липкой массы в складку-пузырик, которая очень быстро растечется обратно. Вот, это он и есть.

Собственно, именно этим Большой адронный коллайдер и занимался все эти годы, и примерно так процесс получения бозона Хиггса и выглядел: лупим изо всех сил по столу до тех пор, пока само сукно не начнет превращаться из очень статичной, твердой и липкой поверхности во что-то более интересное (или пока не случится что-нибудь ещё более чудное, теорией не предсказанное). Именно поэтому БАК настолько большой и мощный: с меньшей энергией "по столу" бить уже пытались, но безуспешно.

Теперь насчет пресловутых 5 сигма. Проблема вышеописанного процесса заключается в том, что мы можем только стукнуть и надеяться, что из этого что-то выйдет; гарантированного рецепта получения именно бозона Хиггса нет. Хуже, когда он все-таки родился на свет, мы должны успеть его зарегистрировать (увидеть его, естественно, нельзя, да и существует он лишь ничтожную долю секунды). Каким бы детектором мы ни пользовались, мы можем лишь сказать, что кажется, возможно, мы наблюдали нечто похожее.

Теперь представьте себе, что у нас есть особая игральная кость; она падает случайно на одну из шести граней, но если рядом с ней как раз в это время находится бозон Хиггса, то шестерка не выпадет никогда. Это типичный детектор. Если мы кинем кость один раз и одновременно стукнем изо всех сил по столу, то вообще никакой результат нам ровно ни о чем не скажет: выпало 4? Вполне вероятное событие. Выпало 6? Возможно, мы просто стукнули по столу слегка не в тот момент, и бозон, хотя и существующий, не успел родиться в нужный момент, или наоборот, успел распасться.

Но мы можем проделывать этот эксперимент несколько раз, и даже много раз! Отлично, давайте кинем кость 60 000 000 раз. Допустим, при этом шестерка выпала "всего лишь" 9 500 000 раз, а не 10 000 000; значит ли это, что бозон время от времени появляется, или это всего лишь допустимая случайность - мы же не верим, что кость должна лечь шестеркой _ровно_ 10 миллионов раз из 60?

Ну ээээ. На глазок такие вещи не оцениваются, нужно считать, насколько велико отклонение, и как оно соотносится с возможными случайностями. Чем больше отклонение, тем меньше вероятность того, что кость просто случайно так ложилась, и тем больше вероятность того, что время от времени (не всегда) возникала новая элементарная частица, мешавшая ей лечь шестеркой. Отклонение от среднего удобно выражать в "сигмах". "Одна сигма" - это такой уровень отклонения, который является "наиболее ожидаемым" (его конкретное значение может вычислить любой третьекурсник физ- или матфакультета). Если экспериментов достаточно много, то отклонение в 5 сигма - это тот уровень, когда мнение "случайность маловероятна" превращается в абсолютно твердую уверенность.

О достижении примерно этого уровня отклонений сразу на двух разных детекторах и объявили физики 4 июля. Оба детектора вели себя очень похоже на то, как они бы вели себя, если бы получаемая в результате сильных ударов по столу частица действительно была бозоном Хиггса; строго говоря, это ещё не значит, что перед нами именно он, нужно измерить всякие прочие его характеристики всякими другими детекторами. Но сомнений осталось уже мало.

Наконец, о том, что нас ждет в будущем. Была ли открыта "новая физика", и был ли совершен прорыв, который пригодится нам для создания гиперпространственных двигателей и абсолютного топлива? Нет; и даже наоборот: стало ясно, что в той части физики, которая изучает элементарные частицы, чудес не происходит, и природа устроена практически так, как физики всю дорогу и предполагали (ну, или почти так). Это даже немного грустно.

Ситуация осложняется тем, что нам совершенно твердо известно, что она в точности так устроена быть не может в принципе. Стандартная модель чисто математически не совместима с общей теорией относительности Эйнштейна, и то, и другое одновременно быть верно просто не может.

И куда теперь копать, пока не очень понятно (не то чтобы мыслей совсем нет, скорее, наоборот: различных теоретических возможностей слишком много, а способов их проверить гораздо меньше). Ну, может быть, кому-то и понятно, но уж точно не мне. Я и так в этом посте давным-давно вышел за пределы своей компетенции. Если я где-то сильно соврал, пожалуйста, поправьте меня.

А также
Бозон Хиггса и Наделение Массой http://habrahabr.ru/post/147100/
Хигс http://maxim.livejournal.com/383968.html

16 вещей, которые следовало бы узнать еще в школе

это было бы неплохой идеей - уменьшить количество часов, отведенных на какой-нибудь иностранный язык, и использовать освободившееся время для занятий по личностному развитию. Для высшей школы было бы достаточно и часа в неделю. Это было бы полезным для многих студентов, а по большому счету и для общества в целом.

Вот эти 16 вещей, которым я бы хотел научиться еще в школе (ну, или хотя бы просто пораньше о них узнать).

1. Правило 80/20
2. Закон Паркинсона
3. Групповая операция
4. Сначала отдавайте, а потом получайте. Именно в таком порядке, а не наоборот
5. Опережайте события. Не тормозите.
6. Ошибки и неудачи - это хорошо
7. Не относитесь к себе слишком сурово
8. Создавайте хороший контакт
9. Воспользуйтесь особенностями ретикулярной активизирующей системы как своим преимуществом
10. Ваше отношение изменяет реальность
11. Благодарность - простой способ почувствовать себя счастливым
12. Не сравнивайте себя с другими
13. 80-90% того, чего вы боитесь, никогда не произойдет в действительности
14. Не воспринимайте все слишком серьезно
15. Записывайте все
16. Почти во всем, что с вами происходит, можно увидеть какие-то возможности

Подробнее

от себя добавлю. Люди жутко безграмотны в отношении себя самих, в отношении того что происходит в их умах и душах, и как это происходит. Спроси любого интеллектуала, и он уверенно заявит что умеет логически мыслить и разбирается в мотивах поведения людей (т. е. чувствах). А поставь ему задачки чуть в сторону он его навыков, типических задач на которых он их приобретал, и среды - и все, кроме спеси ничего от сапиенса не останется. В школе точно должны преподаваться - философия и психология. Не академически, а усредненно, азы. Излишняя академичность - ужас даже при преподавании математики что в школе, что в ВУЗе - и математиками не станут, и все тоже - математическая задача чуть в сторону и... неграмотный торговец крабами окажется умней.

Хрестоматийный пример этой безграмотности - когда политик несет ахинею но которая крепко задевает чувства. 

Голубятня: Другие флэшки

Думаю, проблема не в русском человеке, а в системе. Ну не тупее же Иван Жылымзына, который дворничает по совместительству с поднеси-подай в каждом спальном московском районе. При этом Жылымзын хоть и с жутким акцентом и перевирая грамматику, но худо-бедно и бойко по-русски изъясняется, тогда как Иван по-казахски, -киргизски и даже -французски, -немецки и -английски ни в зуб ногой.
...
В курортно-прибрежной Индии отдыхают сотни тысяч не самых бедных русских людей (хотя и далеко-далеко не самых богатых), однако слышали бы вы эту английскую речь! Любой местный официант-конкани с парой-тройкой сезонов за плечами знает на порядок больше русских слов, чем его клиенты английских.
...
Думаю, внутренняя лабильность. Я специально использовал слово, которое в смысловом отношении шире пассионарности, ибо включает в себя не только врожденные качества (как в случае пассионарности), но и приобретенные, даже вынужденные. Лабильность как потребность либо вынужденность перемещаться в пространстве, проявляя при этом высокую степень адаптации.

Не просто переехать на новое место, а закрепиться на нем, пустить корни, вгрызться в землю, вписаться в чуждую среду как в родную! Самое поразительное, что лет еще двести назад русские люди проявляли чудеса лабильности: перемещались на огромные расстояния (аж до папуасов добирались и при этом чувствовали себя, если, конечно, верить Миклухо-Маклаю, как дома :), везде окапывались, деловарили, плотно терлись с местными аборигенами, налаживали общение правдами и неправдами.

А потом вся эта пассионарность, вся лабильность мышления и поведения куда-то улетучилась, и место ее заняла жесткая ригидность. Зажатость. Пошли какие-то комплексы, фобии (нас все не любят! все к нам враждебны!), ответная реакция отторжения, замыкания в оборонном коконе. Генезис этих радикальнейших перемен до сих пор от меня ускользает. Подмывает, конечно, списать все на беспробудную провинциальность большевиков, но явно проблема шире и глубже во времени.
...
Изучение иностранного языка в лабильном состоянии - плевое дело. Оно естественно и случается как бы само по себе - без всяких учебников и тьюторов. Как говорится - жизнь научит! Пусть с ошибками, пусть неграмотно, с бедным словарным запасом, но лабильный человек способен лопотать на чужом наречии с невероятным напором. Лично наблюдал, как это выглядит и, признаюсь, остался под глубоким впечатлением: ни намека на стеснение, ни следа замешательства от осознаваемо ошибочных конструкций: коммуникационный акт превыше всего!

Вся статья

Поддельные ветераны

Где-то с 70ых тенденция, большинство "официальных" ветеранов(тех что приглашают на разнообразные мероприятия с прессой и одаривают) обвешаны медалями и орденами полученными после войны(к XXлетию Победы, Взятия ..., Съезда, ..., ...., ). Или - из высшего командного состава. Реальных, боевых ветеранов и советская пропаганда не баловала вниманием.
Ну а сейчас вот новый виток, обвешаться вообще никак официально не заслуженными знаками.
Хотя вопрос то ко всем этим орденоносным:
"Сколько годиков в 41ом было то?"
Ссылка

ПЕРФЕКЦИОНИЗМ

Тилли Ольсен правильно назвала его «ножом искусственного совершенствования». Вы можете именовать это качество и по-другому. Например, «стремлением сделать все правильно» или «исправить, пока не поздно». Можете даже сказать, что «держите планку». Пожалуй, точнее всего назвать это стремлением к совершенству.
У перфекционизма нет ничего общего с желанием сделать что-либо по-настоящему правильно. По сути, это отказ позволить себе двигаться вперед. Вы оказываетесь в изнуряющем замкнутом круге, который заставляет вас зацикливаться на подробностях того, что вы пишете, рисуете или ваяете, утрачивая представление о произведении в целом. Вместо того чтобы свободно творить, позволяя неудачным штрихам проявить себя позже, мы часто вязнем в исправлении мелких деталей. Превращаем проявление нашей незаурядности в рутину, которой не хватает чувств и непосредственности. «Не бойтесь ошибок, – говорил Майлс Дэвис. – Их не бывает».
Перфекционисты улучшают одну строку стихотворения до тех пор, пока и все остальные строки не начнут казаться неудачными. Они переделывают линию подбородка на портрете, пока не протрут бумагу до дыр. Создают столько версий первой сцены пьесы, что так и не добираются до остальных. Пишут, рисуют, творят, подглядывая за публикой. Вместо того чтобы наслаждаться процессом, постоянно оценивают результат.
Для таких взыскательных людей существует только одна половина мозга – логическая. В их творческой мастерской правит Критик, подходя в белых перчатках даже к блестящему тексту: «Гм. Нужна ли здесь запятая? А как это пишется?».
У перфекционистов не бывает черновиков, набросков, эскизов, пробы пера. Каждый черновик должен быть окончательным, совершенным, высеченным из камня.
На полпути они решают все перечитать, наметить, посмотреть, куда все это движется.
И действительно, куда? Очень скоро оказывается, что никуда.
Взыскательные педанты, они всегда недовольны тем, что сделали. Они никогда не говорят себе: «У меня здорово получается. Пожалуй, буду продолжать в том же духе».
Они не видят предела совершенству, называя это скромностью. На самом же деле это обыкновенная самовлюбленность. Именно гордыня побуждает их написать идеальный сценарий, нарисовать идеальную картину, идеально прочитать монолог на прослушивании.
Стремление к совершенству – это не поиск лучшего. Это следование за худшей частью нас самих, которая убеждает, что все равно ничего хорошего из нашей затеи не выйдет и нужно начинать все заново.
Ну уж нет. Не нужно.
«Картину нельзя дописать. Можно остановиться на интересном месте», – говорил Пол Гарднер. Нельзя закончить книгу. Можно остановиться и заняться чем-нибудь ещё. Невозможно идеально смонтировать фильм, но в какой-то момент придется оставить его в покое и сказать, что он окончен. Оставлять в покое – это в творчестве обычное дело. Мы всегда делаем все возможное – насколько свет позволяет нам видеть.

Общество изгоняет умных

Как и для чего развивался человеческий мозг?

Мозг эволюционировал не для того, чтобы мы стали хорошо думать, создавать бессмертные произведения, решать математические проблемы или посылать людей в космос. Он развивался, чтобы быстро и эффективно решать биологические задачи. У нас плохие ногти, медленные ноги, нет крыльев, отвратительная анатомия — мы ходим на двух ногах, как динозавры. И наше единственное преимущество перед другими биологическими видами — размер мозга.

Мозг формировался под действием биологических законов очень долгое время. Наши далекие предки, как все приматы, жили 50 млн лет на деревьях. Потом, 15 млн лет назад, они с этих деревьев спустились. По официальной версии они без всякой на то причины бросили прекрасные леса, полные еды, и отправились есть корешки в чистые поля — туда, где их запросто могли растерзать хищники. Конечно, это глупость. Обезьян из джунглей не так-то просто выгнать — их можно заманить только едой. Значит, они вышли на берега озер, которых тогда в Африке было очень много, за рыбой, икрой и яйцами гнездившихся там птиц. Переизбыток пищи, богатой белком, отсутствие конкуренции за нее — вот основа счастья наших предков. Этот райский период продолжался около 10 млн лет. Чем же занимались приматы, когда решили проблему еды? Вопросами размножения и доминантности. Началась жестокая половая конкуренция, и наши предки стали выяснять между собой отношения. Избыток пищи рождает социальные проблемы — этот биологический закон действует и поныне. Пока все ходят на работу и зарабатывают деньги, в семье все хорошо. Как только на работу ходит один, остальные начинают выяснять отношения между собой.

...
Почему умственный труд дается нам с трудом? Это тоже результат уменьшения мозга?

Мозг — странная структура.

С одной стороны, он позволяет нам думать, с другой — не позволяет. Ведь как он работает? В расслабленном состоянии, когда вы отдыхаете, скажем, смотрите телевизор, мозг потребляет 9% всей энергии организма. А если вы начинаете думать, то расход повышается до 25%. А ведь у нас за плечами 65 миллионов лет борьбы за еду, за энергию. Мозг привык к этому и не верит, что завтра ему будет, чем питаться. Поэтому он категорически не хочет думать. (По этой же причине, кстати, люди склонны переедать.) В ходе эволюции даже возникли специальные защитные механизмы: когда вы начинаете интенсивно работать, размышлять, у вас тут же вырабатываются специальные соединения, вызывающие раздражение: вам хочется есть, в туалет, у вас возникает миллион дел — все, что угодно, только бы не думать. А если вы ложитесь на диван со вкусной едой, организм приходит в восторг. Тут же начинает вырабатываться сератонин — он всего на положение одной молекулы отличается от ЛСД. Или дофамин, или эндорфины — гормоны счастья. Интеллектуальные затраты так не поддерживаются, и организм им сопротивляется. Мозг большой не для того, чтобы работать все время, а чтобы решить проблему энергии. У вас возникла биологическая задача, вы включились и напряженно поработали. А как только решили задачу — тут же выключились и на диван. Выгоднее иметь огромный мощный компьютер, запустить его на три минуты, решить задачу и тут же отключить.

далее

---

"Ибо, конечно, общую идею хоть какую-то дать надо - для того, чтобы делали дело с пониманием, - но дать лишь в минимальной дозе, иначе из них не выйдет хороших и счастливых членов общества. Ведь, как всем известно, если хочешь быть счастлив и добродетелен, не обобщай, а держись узких частностей; общие идеи являются неизбежным интеллектуальным злом. Не философы, а собиратели марок и выпиливатели рамочек составляют становый хребет общества." "О дивный новый мир" О.Хаксли

Великие мифы о Великой депрессии

Спустя восемьдесят лет после начала Великой депрессии ее оценки в научной литературе подвергнулись радикальному пересмотру. Десятилетиями в исторических трудах господствовало мнение о том, что к кризису привел свободный рынок, а Рузвельт спас страну благодаря политике «нового курса», однако сегодня все больше ученых приходит к обратным выводам. Распространенные заблуждения о причинах Великой депрессии разбирает в свой статье Лоуренс Рид.

Читать далее

Языки-дальтоники

Один лингвист исследовал названия цветов в различных языках. Он путешествовал по всему миру и предлагал местным жителям описывать цветные картинки. Изучив множество (более 100) языков в разных частях света, лингвист пришел к выводу, что обозначения цветов во всех этих языках подчиняются одной и той же закономерности.
Вся статья