“Эксперимент ‘5 обезьян'” или «Обезьяны, бананы и лестница

 “Эксперимент ‘5 обезьян'” или «Обезьяны, бананы и лестница». Если вы не слышали о нем, вот его краткое описание: группа ученых помещает пять обезьян в комнату, в центре которой находится лестница, а на лестнице – банан. Вскоре одна из обезьян пытается достать банан, но как только это происходит, входит ученый и опрыскивает всех обезьян ледяной водой из шланга. Если любая другая обезьяна пытается достать банан, происходит то же самое, и так продолжается до тех пор, пока все обезьяны не отказываются доставать банан.
...
В конце истории исследователь якобы говорит что-то вроде: “Если бы обезьяны умели говорить, они бы сказали, почему не пускают тех, кто пытается подняться по лестнице, – ‘потому что так делали всегда'”. Почти в каждой такой истории в Интернете, рассказчик говорит, что это реальный эксперимент по изучению человеческого поведения с помощью обезьян. Он говорит нам, что мы не готовы к переменам и не пробуем новое, потому что чего-то боимся. Конечно, они пытаются донести до нас хорошую мысль: вы должны пробовать новое на своей работе, а все опытные работники должны быть открыты к переменам, но был ли эксперимент с обезьяньей лестницей на самом деле? Нет, он полностью выдуман, хоть и есть референс. 

Эмоционального интеллекта нет на самом деле

 

«всем известно» или «да это же элементарно и всё знают»

 

Anton Antich

  ·

Продолжая по касательной пост про образование и анализ данных - тут мем как раз прекрасный попался на эту тему.

Вы знаете, как формируется *огромное* количество так называемого „common knowledge“ в современном мире - ну типа такого, про которое говорят «всем известно» или «да это же элементарно и всё знают» и прочее? 

Ожирение — расслаблять и вовлекать

 Статья объемная, и хотя ее тема озвучена в самом заголовке, она о том как мало мы в действительности знаем о человеке, и самое интересное - как редко задаются правильные вопросы

Ожирение — расслаблять и вовлекать

о кровной связи науки с богоискательством

С античных времен, классическим трудом по астрономии был "Альмагест" александрийского астронома Птолемея (150 г. н.э.).

Будучи основан на геоцентрической идее, Альмагест описывал движение планет как одновременное вращение по двум кругам - эпициклам и дифферентам. Радиусы и частоты вращений по этим кругам были прекрасно подогнаны к наблюдениям, поэтому птолемеева модель их великолепно описывала и предсказывала. Ко времени Коперника (начало XVI века) никакой практической необходимости в улучшении предсказаний "Альмагеста" не было.

Практиками - или "практиками" - заинтересованными в хорошем описании движения планет, были исключительно астрологи; за долгие века использования книга Птолемея была прекрасно освоена астрологическими школами. Несмотря на полное согласие с наблюдениями и на общепризнанность "Альмагеста", Коперник был убежден в ложности этого описания неба.

Причина была лишь одна - картина Птолемея представляла собой набор неких произвольных конструкций, она не была внутренне-элегантной.

Коперник же почему-то верил, что фактической точности недостаточно, что истина должна сиять красотой разума, какового он в системе Птолемея не усматривал. По сути дела, отношение Коперника к "Альмагесту" повторило отношение Евклида к вавилоно-египетским школам. Пифагорейская вера в космический Логос отвергала факто-центризм и практичность как достаточный критерий истины, объявляя ложным всякое учение, пусть безукоризненное с фактической точки зрения, если в таковом не усматривалась интеллектуальная красота. В отличие от Евклида, однако, Коперника ждала не победа, но поражение. Коперник видел только один образ божественно-прекрасных орбит - круг; круг представлялся Копернику наиболее адекватным геометрическим воплощением Абсолюта. Сравнение же с данными наблюдений показывали, что подлинные орбиты отклоняются от окружностей. Реальность потребовала от Коперника вернуться к отвергнутым было нагромождениям эпициклов, хотя и заметно меньших размеров, чем у Птолемея. Радости такое решение нести не могло - письмена Бога прочтены явно не были.

Думается, что именно это глубокое разочарование и долгие безуспешные попытки найти выход из обнаружившегося тупика и были подлинной причиной, по которой Коперник оттягивал публикацию своей системы. Свидетельствуя скорее о поражении, чем о победе, она не могла его радовать.

Говорят, что первый печатный экземпляр своей книги (1543г.) каноник фромборкского собора, доктор права и медицины Николаус Коперникус то-ли не увидел вовсе, то-ли увидел, уже находясь при смерти. Вера Коперника в скрытую красоту законов движения планет, несмотря на кажущееся ее поражение, ставшее со временем еще более очевидным, была столетие спустя героически разделена Кеплером.

Кеплер заменил коперниковы круги на несколько иные, не менее прекрасные фигуры - эллипсы, и обнаружил великолепное согласие этой гипотезы с лучшими на то время наблюдениями Тихо Браге, унаследованные Кеплером вместе с основанной Тихо пражской обсерваторией. Помимо этого закона, Кеплер установил еще два, касающиеся связей между пространственными и временными характеристиками планетарных орбит. Эти открытия стали триумфом пифагорейства. Кеплер адресовал свой труд вечности. "Неважно, будет ли моя книга прочтена современниками или людьми будущего; она может и подождать своего читателя сотню лет. Сам Бог ждал шесть тысяч лет, пока его работа не была увидена." - писал Иоганн Кеплер, увидевший "работу Бога".

из Алексей Буров, "Вера в разум и его культ" 

ценности, святыни, на возвращение к которым берет курс традиционное общество, в действительности никогда не существовали в прошлом

Деградирующая форма культуры устремлена в прошлое и защищает его от будущего. Все, что не соответствует моделям, существовавшим в мифологическом пространстве прошлого, считается неприемлемым. Призыв к возвращению к исконным ценностям является формой манифестации этой деградации.
...
Самоопределившись как негация по отношению к Европе, Россия выбрала путь возвращения к своим исконным традициям. Будучи не в состоянии конкурировать с Европой в развитии, она сделала предметом конкуренции свою деградацию, провозгласив ее своей высшей ценностью.

Выдаваемое за прошлое

Парадокс заключается в том, что истоки, ценности, святыни, на возвращение к которым берет курс традиционное общество, в действительности никогда не существовали в прошлом.
...
К примеру, традиционная семья как ее сейчас понимают в России — это союз между мужчиной и женщиной, основанный на любви. Однако ... любовь, которая является частью определения “истинного” брака — это изобретение эпохи Романтизма, а до этого брак был договорным и прагматичным в подавляющем большинстве культур.
...
Иными словами, реальное прошлое в традиционном сознании подменяется фантазмом. Вот как это происходит.

Наши идеи о мире и способ нашего мировосприятия являются продуктом культурной эволюции — определенным этапом аккумуляции и модификации приобретенных знаний и представлений. Традиционное сознание современного человека, получившего в наследство этот багаж, не способно осознать его в исторической перспективе, то есть как один из этапов разворачивания процесса трансформации. Оно воспринимает этот багаж как свою интуицию: эти знания и представления чувствуются им как простые и понятные истины.

Традиционное сознание универсализирует то, что в данный момент интуитивно переживается им как истинное. Так появляются “исконные ценности”. Ценности, к которым хотят возвратиться, называют вечными — человеку, не утруждающему себя сомнением в своей базовой интуиции, они видятся универсальными и неизменными, то есть данными на все времена. Апелляция традиционного сознания к прошлому — это апелляция не к реальному прошлому, ведь оно — часть процесса модификации, перемен, возникновения новых форм, а апелляция к вымышленному прошлому.

Михаил Ямпольский объясняет это погружение в вымышленный мир чувством рессентимента. “Ресентимент — аффект испуганного, беспомощного, не имеющего влияния на действительность — всегда выливается в фантазмы силы и несокрушимости”. (“В стране победившего ресентимента”, Colta.ru. 06.10.2014).

Будущее

По поводу восприятия будущего замечательно высказывается Денис Драгунский: “Умный человек обладает историческим мышлением. Глупый человек лишен его начисто. Под историческим мышлением я имею в виду очень простую вещь: понимать, что раньше было не так, как сегодня, а завтра будет вообще по-другому” (“Про умных и глупых”, Livejournal. 18.08.12).

Понятность беседы просвещенному муму

Обсуждение у Шкробиуса показало (мне), что в ЖЖ практически никто не знает, что такое научный метод. Несколько человек понимают это, но это именно несколько человек. Подавляющее большинство, практически все - те, кто сейчас работает в науке и является ученым, те, кто когда-то был ученым, те, кто добился успехов в инженерии или программировании, люди образованные, критичные, знающие - все - понятия не имеют, что такое наука и что означает прилагательное "научный". То есть тексты "наука показала, что" и "научное исследование" и пр. - не имеют смысла, их понимают очень по-разному и практически никто не понимает, что же эти слова означают.

Несколько последних дискуссий у меня в блоге выявило, что русскоязычным пользователям ЖЖ в массе непонятна концепция личного оскорбления. Они обижаются и обижают других, они способны оскорбиться и оскорбить - но концепт личного оскорбления лежит вне границ их мышления. Соответственно, это бессмысленно запрещать - поскольку контингент в массе просто не понимает, о чем речь, и, как и о науке, строит свои собственные гипотезы - что бы это могло значить. Типа, раз мне обидно - значит, это было личное оскорбление.

У меня среди знакомых есть два атеиста. Атеисты убежденные, яростные, с готовностью высмеивающие любые религиозные взгляды, не понимающие, как минимально разумный и грамотный человек может верить и т.п.
Как выяснилось, в их мировоззрении имеются важные понятия, без которых мировоззрение не функционирует.

Один сказал, что он воочию видит, что существует мировое зло, абсолютное зло - это Америка. Вот у него насквозь материализм и атеизм, но есть кроме того мировое зло.
Другой сказал, что есть на свете благословенная земля, это США, и все, что делает Америка - во благо.

Мне кажется, говорить становится много затруднительнее. То есть горизонт мышления подавляющего большинства носителей языка таков, что почти ничего уже нельзя сказать. Если слова "наука", "личность", "вера" и "неверие" и прочие более не понятны носителям, то, в общем, их использовать можно лишь с манипулятивными целями. Например: "наука - это хорошо, назовем нечто научным, люди к этому потянутся". Видимо, возможны даже на элементарном уровне только личные контакты - употреблять слово "наука" можно лишь в личном разговоре с тем, кто, по предварительным данным, это понимает, попытки считать это слово общепонятным приводят к множественным ошибкам. Нет такого общего слова, есть специальный эзотерический термин, известный немногим.

Кажется, это следующий этап. Известно, что из науки ушло слово "истина" - точно таким же манером, потому что оперировать этим словом стало в общем случае невозможно - практически никто не понимает, о чем именно идет речь, это стало называться "областью господства мнений" и из общего языка науки слово ушло. Осталось, конечно, в личном языке - ученый имеет право так выразиться на свой страх, скорее всего, его не поймут и именно в этом месте будут очень критиковать и предлагать более объективные замены. Ну вот, а теперь из общего языка ушли еще многие слова. Не знал, что до такой степени...

в русской литературе есть только некая бабья истеричность

Alexander Sytin

Статья Ксении ("От подлости до подвига" Ксения Кириллова) заставила меня обратиться к мыслям о русской культуре и литературной традиции. Рискну этими мыслями поделиться. Ксения ставит вопрос о том, почему высокие нравственные стандарты русской литературы не выработали в народе и обществе иммунитета против безнравственности, дикости и антигуманизма и отвечает на него, как я понял следующим образом: эти нравственные стандарты самопожертвования, доходящего до самоотречения и подвига неприемлемы в повседневной общественной жизни, которая в результате вовсе оказалась лишенной нравственной составляющей.

Когда ложь выглядит правдивой

Когда ложь выглядит правдивой, или одна из причин, почему люди так падки на "теории заговора" и рассуждения о "многоходовках".
калифорнийский профессор статистики Дебора Нолан придумала такой эксперимент.
Она просит одну группу студентов сто раз подбросить монетку и записать результаты, а вторую группу — просто придумать возможную последовательность орлов и решек. После этого она производит на студентов сильное впечатление, с первого взгляда угадывая, какая последовательность настоящая, а какая выдуманная.
А вам это очевидно?

1 0001000010010100101001101111101110100000101111101010001100101110110101101111011110001010000000001101
2 1101001100101110100101001110010000110110111001100011001100111001011110010001010010010011010100100110

Про Америку и Россию

Alexander J Flint

Вот когда я, например, слышу, что «американцы тупые» и что Америка населена в основном реднеками, я, сидя за компьютером, изобретенным в Америке, под кондиционером, сконструированным в Америке и общаясь с друзьями через интернет, созданный в Америке, глядя на мир через прогрессивные линзы очков, придуманные в Америке, или сидя за рулем автомобиля, сделанного или придуманного в Америке, понимаю, что эти очевидные факты никак не вяжутся с «тупыми реднеками».

Когда слышу сентенцию о каком-нибудь «плохом американском законе» я знаю, что тот, кто ее произнес, либо дурак, либо пропагандист. Потому что никаких американских законов в природе не существует. Потому что в Америке в каждом штате, в каждом городе, в каждой деревне – свои собственные законы, не совпадающие с соседскими. И то, за что в одном штате на вас повесят медальку, в другом штате приведет вас в тюрьму. Даже правила дорожного движения везде свои.

Когда я слышу смешки по поводу «Американской кухни» или про то, что «американцы питаются только гамбургерами», я понимаю, что слышу это от очень недалекого человека. Потому что нет никакой «американской» кухни, а есть великое разнообразие индийской, китайской, французской, итальянской и миллиона других кухонь на любой вкус. И если вам нравится питаться гамбургерами, вы будете питаться гамбургерами; нравится питаться кишами и фуа гра – будете питаться кишами и фуа гра, предпочитаете гречневую кашу с бородинским хлебом – будете ходить в ресторан, где вам это все дадут.

Проблема в том, что те, кто произносит слово «Америка» видят значение этого слова как некую «страну» вроде России, Германии или Франции, которая достигла большого могущества и теперь хочет навязать свои правила всем остальным странам.

А это не «страна», и даже не «государство». Это «цивилизация», которая отличается от всех других цивилизаций, ранее существовавших на земле. Точно так же, как египетская цивилизация отличалась от первобытно-общинного строя. Или как римская цивилизация отличалась от цивилизации галлов и кельтов.

Конечно, у этой цивилизации есть свое государство – «США», но первична – именно цивилизация, «государство США» — всего лишь техническая надстройка, обслуживающая эту цивилизацию. И конечно, эта цивилизация не «американская» — самим США чуть больше двухсот лет. Эта цивилизация – общечеловеческая, созданная представителями всех народов и всех наций земли, которые передали ей все лучшее, что у них было. И которая (и в этом главная суть этой цивилизации) отказалась от поиска «единственно правильного» вектора своего развития, справедливо сочтя, что пусть будет миллион векторов и пусть они свободно конкурируют.

Это цивилизация где есть место всему. Где все существует в одинаково комфортных условиях: и тунеядец живущий на государственное пособие уже в пятом поколении, и гениальный ученый, который движет вперед науку, уже десятилетия будучи прикованным к инвалидному креслу и аппарату искусственного дыхания.

И когда я слышу сентенции о «неправильном пути», который выбрала Америка, я точно знаю, что на самом деле никакого «пути» у Америки и вовсе нет. А есть открытое поле, в котором каждый может пойти куда хочет, в каком угодно направлении, с какой угодно скоростью, и куда-нибудь обязательно придет, как и положено человеку, идущему в открытом поле.

Именно в этом и заключается суть новой цивилизации, в этом открытом поле, в нём кроется секрет ее успеха и ее силы.

Именно поэтому весь мир сейчас живет на технологиях, пришедших из Америки, пользуется медициной и наукой, пришедшей из Америки, и живет в культурной среде, пришедшей из Америки. Точно также как Даки или Кельты ненавидели Рим, но принимали римскую медицину, канализацию и центральное отопление.

Обратите внимание, я намерено не пишу «американский», а пишу «пришедший из Америки». Потому что все «американское», это на самом деле «африканское», «европейское», «азиатское», которое смогло развиться и достигнув успеха лишь попав в американскую цивилизационную среду.

И если у Америки нет никакого «Американского пути», то вот у России он есть.

Но то, что Россия принимает за свой «особый путь» представляет собой обычный коридор, который, как положено коридору, заканчивается стенкой.

Россия бродит по этому «особому пути», по этим коридорам, образующим гигантский лабиринт, уже много столетий, и свернув в очередной коридор, думает, что теперь то уж точно найден тот самый «правильный» путь, хотя интуитивно уже знает, что в конце обязательно будет стенка, где ее ждет очередная расстрельная команда. И где она потом «встав с колен» свернет в очередной поворот коридора.

Россия бродит по этому лабиринту и упорно игнорирует тоннели, ведущие наружу, в конце которых виден свет. Потому, что для тех, кто привык жить в лабиринте – свет в конце тоннеля – символизирует опасность. Если десятки поколений твоих предков ходили по коридорам, где всегда понятно куда и как идти, вылезать на свет, где нет никаких направляющих стенок, непривычно и страшно.

А то, что мы сейчас наблюдаем, это не конфликт наций, и не конфликт государств, и даже не конфликт политических систем. Это конфликт двух цивилизаций.

Одна из них ползает по подземному лабиринту в поисках «правильного» коридора, другая плюнула на эти поиски, вышла на поверхность, ходит куда захочет и как захочет, строит города и засеивает поля.

Та, что внизу может сильно навредить верхней, устраивая подкопы под здания и провалы на дорогах. Но победить она сможет, только выбравшись на поверхность. Если сама станет «Америкой». А тогда и сам повод для конфликта исчезнет.

Чаушеску forever

Давно фыркаю от затасканного высказывания "Народ, не знающий своего прошлого, не имеет будущего" трактуемого как "надо учиться на прошлых ошибках"

Дело в том что предки жили в другую эпоху, и ничего(утрировано конечно) там из их опыта полезного для сегодня не наковырять. Кроме, - исторического мифа, культурно-нравственного наследия, которыми живет народ сегодня. Это тоже важно, потому что коллективное бессознательное сформировано предыдущими поколениями, а довлеет над сегодняшним индивидуальным бессознательным. но постоянно путают - и вместо извлечения из своей истории иррационального, берут рациональное, не применимое к сегодняшнему дню.

Для того чтобы извлечь практические уроки, нужно изучать историю народов той же эпохи, находившихся в схожих условиях развития.

Например о войне что сейчас идет с РФ ничего не накопать из истории украинско-московитских конфликтов. Гораздо более полезно с практической стороны смотреть что сейчас происходит в Сирии например. Или последние десятилетия в израиле-палестинском конфликте.

А вот замечательный пример, пусть и популярно изложенный того что происходит последний год в Украине.

Трупный яд в ванильной упаковке

Путинская РФ после почти годичной подготовки, наконец, начала отмечать столь ею любимый праздник – 9 мая, «День Победы в Великой Отечественной войне». И можно долго смеяться над многогранной и удивительной придурью, это празднование сопровождающей (благо, поводов к этому много), и сетовать на то, что вот, мол, даже в брежневском Совке такого не было, и прочее в этом духе. Однако, если оставить в стороне все приличные и не очень анекдоты, рожденные массовым победобесием, и посмотреть на политический смысл, заложенный в пышном праздновании 9 мая, то придется признать: Путин, с точки зрения его интересов, делает все правильно. Ибо культ 9 мая работает именно так, как было изначально задумано. И так, как это Путину и путинской элите надо.

Почему, собственно, с этим культом и нужно решительно и безпощадно бороться. Впрочем, не будем забегать вперед, а начнем, традиционно, с краткого погружения в историю вопроса.
9 мая: ноу-хау дорогого Леонида Ильича

Социализм против социализма. Вопросы для размышлений

В советское время насаждалась мысль, что социалистическая идея берет свое начало от теоретических постулатов французского утопического социализма конца XVIII — начала XIX ст. Положенная в основу большевистской практики модель так называемого научного социализма выстраивалась на соответствующих постулатах. В действительности исторические истоки социализма имеют иное основание. Их исходной формой стал основанный на принципах раннего христианства христианский социализм, социализм с основополагающей версией построения царства Божьего на Земле.

Речь идет о христианском социализме как мировоззренческом фундаменте европейской модели социализации. В ее основе основополагающие догматы христианства по поводу абсолютной ценности человеческой личности — неприкасаемом достоинстве каждого человека, свободе и равенстве всех. В системе этих ценностей человек с его потребностями — не просто конечная цель миросоздания и действительная "мера всех вещей", но и "цель в самом себе". В этих определениях акцентируется на естественной ценности человека. Эта ценность — не данность общества, это исходная целеполагающая его основа. Общество формируется во имя того, чтобы на каждом историческом этапе адекватно своим возможностям обеспечивать максимальную реализацию соответствующих ценностей. Мы говорим таким образом не о социализме-формации, социализме-экономике, а о социализме как о перманентном (с учетом, естественно, логики историзма) процессе социализации общества, как об исходной мировоззренческой доминанте, морально-нравственном императиве.

Важно понимать, что социализм в этом определении не может претендовать на свою логическую завершенность. Его развитие, равно как и развитие богатства человеческой личности, не имеет начала; оно одновременно и бесконечно. Социализм — это бесконечная социализация общества, наполнение социальным содержанием всей совокупности его функциональных структур: государства, экономики и духовно-социальной сферы. Это процесс, который можно постоянно совершенствовать, но нельзя довести до какого-то системно определенного состояния. В реализации идеи социализма, писал по этому поводу один из основателей европейской социал-демократии Э.Бернштейн, "движение — все, цель — ничто". "Наличие в социализме элементов недосказанного", акцентировал политик, не девальвирует, а наоборот, возвышает общественное достоинство соответствующей теории, делает ее "неизменно значимой".

Эта логическая конструкция в последующем стала программной в развитии западной социал-демократии. Речь идет не только о программных целях социал-демократической партии Германии. В программном документе французских социалистов акцентируется на том же: "Социализм — это движение к социализму". В программе шведских социал-демократов аналогичное: "Социализм — это не модель, которую мы можем принять, а процесс, в ходе которого мы обучаемся сами определять свою историю". Основанные на моральных ценностях христианства социал-демократические идеи социализма были весьма популярны в дореволюционной России, в частности, и в Украине. Среди их основателей — наш земляк, киевлянин, один из последовательных критиков большевистской модели социализма, выдающийся философ Н.Бердяев. Социализм, не вышедший за пределы экономического детерминизма, полагал ученый, теряет главное — свою гуманистическую направленность. В действительности "социализм как вековечное начало… не есть та или иная экономическая организация. Социализм есть явление духа, есть социальная проекция христианского персонализма"

Вся статья

Новый взгляд на фашизм

 Как бы мы ни рылись в идеологии фашизма – ничего опорного, ничего системного мы там не найдем, кроме того, что вся идеология сводится к формуле «мы правы, потому что мы вместе» (остальное все, что выдают фашисты – не больше, чем демагогия). Ничего, кроме «пучка» и нет...

Остается только одно – искать стержень фашизма не в идеологии, а в физиологии. И более всего он соответствует эффекту индукции, взаимозаражения, тому самому, который мы наблюдаем, когда люди собираются в толпу. И как только в толпе происходит какой-то резонанс, люди в ней резко меняют своё поведение, начинают себя вести необъяснимо агрессивно
...
вот как это происходит у людей: «...Ужасным в двухминутке ненависти было не то, что ты должен разыгрывать роль, а то, что ты просто не мог остаться в стороне. Какие-нибудь тридцать секунд – и притворяться тебе уже не надо. Словно от электрического разряда, нападали на все собрание гнусные корчи страха и мстительности, исступленное желание убивать, терзать, крушить лица молотом: люди гримасничали и вопили, превращались в сумасшедших. При этом ярость была абстрактной и ненацеленной, ее можно было повернуть в любую сторону, как пламя паяльной лампы». (Дж. Оруэлл. «1984»)

Не стоит искать в фашизме какую-то идеологическую, социальную, экономическую, политическую сущность – там её просто нет, а есть чисто физиологические явления – резонанс и индукция, которые должны объяснять биологи, физиологи и физики. Гуманитарные и общественнонаучные аспекты фашизма лишь «плетутся» вослед за индуктивным заражением, резонансом, пондеромоторикой (притяжением и отталкиванием резонирующих элементов – альтернатива прямым отношениям) и являются вторичными проявлениями. Утверждать, что национализм, или еще какая-то идеология является причиной фашизма – это всё равно, что считать причиной гриппа температуру.

Идеологией фашизма может быть что угодно, от националистической и коммунистической, до религиозной идеи (Крестовые походы, инквизиция, расправа над раскольниками в XVII в.) – лишь бы нашлось нечто формально объединяющее, а оно всегда найдется под давлением физиологической индукции и резонанса.
...
Муссируется устойчивое заблуждение, что фашизм был побежден Советским Союзом при помощи стран антифашистской коалиции. Можно поставить на фашизме точку.

А чем, спрашивается, сталинский фашизм отличается от гитлеровского? Если только тем, что немецкий фашизм направлен преимущественно на уничтожение внешнего «врага», а российский больше на внутреннего (это понятно – так разнонаправлены наши традиции – воинственная и рабская)? Который из двух «менеджеров» – Сталин или Гитлер «эффективнее» по количеству жертв обеих сторон (истреблению «врагов» внутренних и внешних), вполне очевидно.

Который из двух «менеджеров» – Сталин или Гитлер «эффективнее» по количеству жертв обеих сторон (истреблению «врагов» внутренних и внешних), вполне очевидно. Тем более, Сталин – это был лишь второй «фюрер» советского «рейха» после Ленина. При Ульянове-Ленине началось истребительное шествие российского варианта фашизма, отличавшегося от германского лишь формально: если у гитлеровцев в роли идентификатора «свой-враг» использовался такой симулякр как «нация», то у ленинцев-сталинцев эксплуатировалось в этом качестве не менее пустое понятие – «класс». В реальности ни «наций», ни «классов» в природе не существует, это всё фашистские заменители-симуляторы действительных сущностных объединений людей – культур (культура – это система отношений на основе уникальной системы ценностей).

Т. н. «Великая Октябрьская Социалистическая революция» 1917 г. – это, на самом деле, была не революция, а фашистский переворот. Революция – это смена государственной системы, а переворот – это замена физических лиц во власти без изменения ее системы. Действительная революция произошла в феврале 1917 г., когда обозначился конец российской имперской деструктивной рабско-милитаристской системе, установившейся еще с Ордой (подробнее…) Как это происходит рано или поздно с любой империей, Россия встала перед неизбежностью развала, никакого мотива сохранять единую тюрьму у колонизированных Россией народов просто не было, потому системой и были найдены большевики, которые предлагали и осуществили реванш, реставрацию старой имперской системы и колониального рабства в еще более злостном фашистском виде, под новомодной наукообразной коммунистической риторикой.

Даже представители царской фамилии видели, что под прикрытием большевицкой «революции» осуществляется фактический реванш старой имперской системы. Вот как писал великий князь Александр Михайлович Романов в своей «Книге воспоминаний»:
«...фактом остаётся то, что ... Советы вынуждены проводить чисто национальную политику, которая есть не что иное, как многовековая политика, начатая Иваном Грозным, оформленная Петром Великим и достигшая вершины при Николае I: защищать рубежи государства любой ценой и шаг за шагом пробиваться к естественным границам на западе! Сейчас я уверен, что ещё мои сыновья увидят тот день, когда придет конец не только нелепой независимости прибалтийских республик, но и Бессарабия с Польшей будут Россией отвоёваны, а картографам придётся немало потрудиться над перечерчиванием границ на Дальнем Востоке.»

После декларативно революционного, а фактически фашистского переворота , как совершенно логичное следствие, пошла косить фашистская коса смерти – гражданская война, репрессии, концлагеря, провокация голодоморов, коллективизация, индустриализация (роль гитлеровских автобанов сыграли ленинские электростанции), выращивание благословенного врага – дочернего германского фашизма и провокация большой самоистребительной войны. В той войне, т. н. «ВОВ», как и во всех российских войнах, победила система, а народ проиграл по всем реальным показателям (подробнее…), приобретя в качестве «плодов победы» беспрецедентное количество умерщвленных – около 30 млн., невиданные разрушения, голод, усиление рабского гнета, грабежа, беспросвет загнивания на ближайшие 70 лет…

Российская фашистская система, победившая другую фашистскую систему, потому избежавшая скамьи подсудимых «Нюрнберга», сегодня снова заходит на тот же круг. Фашизм сейчас проявляется в активно формирующейся фашистской пирамиде-вертикали. У нас сейчас, как и в Германии и СССР 30-х годов прошлого века, все ветви власти, политики, бизнеса, СМИ, церкви, искусства, науки слились в единую систему-иерархию-пирамиду. Кто не встроился – тот на умирание, чужой, враг. «Пирамида», несмотря на ее глобальность и очевидность, абсолютно изнутри не рефлексируется.

Дальнейшая логика «пирамиды» – провокация кризиса (пирамида неадекватна мирной экономике, она есть милитаристская форма управления, точнее, командования), чтобы народ, запуганный голодом, кинулся в ножки к спасителю нации и дал ему карт-бланш на мобилизационную экономику и плановые репрессии, которые дадут средства для модернизации и дешевую рабсилу. Потом «успехи первых пятилеток» (автобаны, электростанции или еще что-нибудь глобальное) – пирамида-то адекватна мобилизационной экономике, для того ее и устроила. Потом провокация большой войны – пирамиде на успехах не продержаться, нужна новая мобилизация. Потом потеря нескольких десятков миллионов, поражение, «Нюрнберг-2»…

Новая форма российского фашизма, скорее всего, будет безыдейной, этатической (государственно-ориентированной), корпоративистской, как в Италии при Муссолини. Фашизм скинет фиговые листки идеологии и предстанет во всей своей наготе пустого тупого пучкования. Российская «пирамида» нашла новую отмычку от любых защит, купила, например, либералов, демократов, оппозиционеров на их приверженности формальным законам и процедурам. Дело в том, что если из закона убрать его «дух», т. е. смысл, а оставить одну формальную оболочку, то его можно выворачивать как угодно, хоть с точностью до наоборот. Это оказалось эффективным как в борьбе с внутренними «врагами» — суды в России вытворяют всё, что угодно «пирамиде», невзирая ни на какой абсурдизм, так и во внешнем мире, например, аншлюсы Абхазии, Южной Осетии, Крыма, Донбасса не встречают серьезного сопротивления от мирового сообщества. Опять против фашизма нет оружия, как это было в 30-х годах прошлого века. Не меняя содержания, современный фашизм подгоняет формы, обогатился опытом КГБ и бандитов 90-х, включил даже в международную жизнь инструменты плутовства, «несознанки», циничного попрания любой морали, отжима и рейдерства, «разводок» и «кидков». Фашизм теперь стал фейкшизм и фальшизм…
https://tipaeto.livejournal.com/28751.html
http://argumentua.com/stati/biologiya-fashizma-nauchnyi-vzglyad

Альтруисты процветают благодаря статистическому парадоксу

В среде с добавлением антибиотика чистые культуры эгоистов, как и следовало ожидать, росли хуже, чем чистые культуры альтруистов (поскольку в отсутствии сигнального вещества ген защиты от антибиотика у эгоистов оставался выключен). Однако они начинали расти лучше альтруистов, как только в среду добавляли либо живых альтруистов, либо очищенное сигнальное вещество. Альтруисты в смешанной культуре росли медленнее, потому что им приходилось тратить дополнительные ресурсы на синтез AHL и бесполезного светящегося белка. Убедившись, что модельная система работает в соответствии с ожиданиями, исследователи приступили к моделированию «парадокса Симпсона».

Для этого они посадили в 12 пробирок со средой, содержащей антибиотик, смеси двух культур в разных пропорциях (0, 10, 20, 30, 40, 50, 60, 70, 80, 90, 95 и 100% альтруистов соответственно), подождали 12 часов, а затем измерили численность бактерий и процент альтруистов в каждой пробирке. Оказалось, что во всех пробирках, кроме 1-й и 12-й, процент альтруистов значительно снизился. Таким образом, альтруисты во всех случаях проигрывали конкуренцию эгоистам. Однако размер тех популяций, где изначально было больше альтруистов, вырос значительно сильнее, чем тех, где преобладали эгоисты. Когда ученые суммировали численности микробов во всех 12 пробирках, то выяснилось, что общий процент альтруистов заметно вырос: парадокс Симпсона успешно «сработал».

 Результаты эксперимента с 12 пробирками. Разными цветами показаны разные повторности (эксперимент был повторен 21 раз). По горизонтальной оси — процент альтруистов в популяции, по вертикальной — скорость роста популяции. Кружки показывают долю альтруистов в начале эксперимента, окончания горизонтальных отрезков — долю альтруистов в конце эксперимента. Видно, что: 1) во всех случаях доля альтруистов снизилась (все отрезки направлены влево), 2) чем больше было в популяции альтруистов, тем быстрее она росла.

Парадокс Симпсона
   
Пример М. Гарднера с камнями
Пусть мы имеем четыре набора камней. Вероятность вытащить чёрный камень из набора №1 выше, чем из набора №2. В свою очередь, вероятность вытащить чёрный камень из набора №3 больше, чем из набора №4. Объединим набор №1 с набором №3 (получим набор I), а набор №2 — с набором №4 (набор II). Интуитивно можно ожидать, что вероятность вытащить чёрный камень из набора I будет выше, чем из набора II. Однако, в общем случае такое утверждение неверно.
...
Парадокс Симпсона показывает, что выводы из результатов социологических опросов и непрофессиональных с точки зрения статистики экспериментов нельзя принимать, как неопровержимые, доказанные научным путем.

меньше 20% людей обладают полноценным понятийным мышлением

В тексте много всего намешано, от формирования понятийного мышления до проблем позвоночника и образовательной политики (с чем-то я согласен, с чем-то нет, о чем-то не знаю). Но там есть показательный фрагмент, из-за которого и пишу:

"...меньше 20% людей обладают полноценным понятийным мышлением. Это те, кто изучал естественные и технические науки, научился операциям выделения существенных признаков, категоризации и установления причинно-следственных связей. Их, однако, среди принимающих решения о развитии общества мало. Среди политических консультантов у нас психологи, философы, неудавшиеся педагоги – люди, у которых с понятийным мышлением не очень хорошо, но которые умеют ловко говорить и завертывать свои идеи в красивые обертки."

Это не просто развитие распространенного (среди "технарей") представления о преимуществе технического образования над гуманитарным, - это некое "обоснование" такого представления. Так вот: во-первых, логическим операциям обучают в ходе любого высшего образования (если оно качественное, а не фабрика по выдаче дипломов), и любая наука (гуманитарная ничуть не в меньшей степени, чем естественная) основана на их применении. Такое впечатление, что гуманитарное образование (и науку) часть людей путает с творческими профессиями (художник или музыкант может не обладать "полноценным понятийным мышлением", но это вовсе не про образование). Но более важно, во-вторых, что за процитированным утверждением кроется фундаментальная ошибка, которую хорошо понимают гуманитарии (и обществоведы), но которая, очевидно, ускользает от (некоторых) "технарей": законы логики, категории, причинно-следственные связи, - это продукт человеческого мышления, с помощью которого нам легче понять окружающий мир; однако в самом окружающем мире ничего этого нет (даже причинно-следственные связи оказываются, как правило, неоднозначными, и уж точно нет категорий и пр.). То, что может казаться "существенными признаками" какого-то общественного явления в одной "системе координат" оказывается случайной флуктуацией при взгляде на то же явление с другой точки зрения, - и при этом обе точки зрения могут быть одинаково "верны". Вот это трудно бывает понять "технарям", которым общество, видимо, кажется такой сложной машиной, в конструкции которой надо просто разобраться.

о математике

Выделено то в чем убежден.

- Математики похожи на французов: что бы вы ни сказали, они все переведут на собственный язык. Получится нечто противоположное. (Иоганн Вольфганг Гете) 

Логика - это искусство ошибаться с уверенностью в своей правоте. ( Дж. Кратч )

Математики о математике и не только... 

- Чистая математика - это такой предмет, где мы не знаем, о чем мы говорим, и не знаем, истинно ли то, что мы говорим. (Бертран Рассел)

- Математика представляет собой собрание выводов, которые могут быть применены к чему угодно. (Бертран Рассел)

- Математика является учением об отношениях между формулами, лишенными какого бы то ни было содержания. (Давид Гильберт)

- В математике следует помнить не формулы, а процессы мышления. В. П. Ермаков

- Математические науки, естественные науки и гуманитарные науки могут быть названы, соответственно, науками сверхъестественными, естественными и неестественными. (Лев Давидович Ландау)

- Математика - это единственный совершенный метод водить самого себя за нос. (Альберт Эйнштейн) 
- Законы математики, имеющие какое-либо отношение к реальному миру, ненадёжны; а  надёжные математические законы не имеют отношения к реальному миру.  (Альберт Эйнштейн)

1812 год: вынужденная для Наполеона война на опережение

Русские историки традиционно обличают вероломство «корсиканского узурпатора», якобы «без всяких причин» напавшего в 1812 году на Россию. Но при этом они молчат о систематических попытках Александра I вмешиваться в дела Пруссии, Саксонии, Ганновера, Ольденбурга, не говоря уже о подготовке нападения на Польшу (Герцогство Варшавское).
...
некоторые российские авторы упоминают в качестве одной из причин войны оккупацию французами в декабре 1810 года графства Ольденбург, династически связанного с Россией. Этот шаг Наполеон совершил с целью окончательного подрыва английской контрабанды в Северном и Балтийском морях. Но то, что его болезненно восприняли в Петербурге — исключительно проблема Голштейн-Готторпской династии, сохранившей фамилию Романовы, давно уже не имевшую к ней никакого отношения. Самой стране под названием Россия от «обиды», нанесенной ольденбургской родне немецкого царя на российском троне, не было ни холодно, ни жарко.
1812 год: вынужденная для Наполеона война на опережение 

Фальсификаторы истории осрамлены!

Официальные историки, бездумно верящие Миллеру, повторяют мифы, которые не выдерживают никакой критики.
Например, они утверждают, что в 1991 году американские вооружённые силы, посланные президентом США Джорджем Бушем, при поддержке многонациональных сил напали на Ирак, возглавляемый Саддамом Хуссейном и победили его.
И эти же историки на полном серьёзе утверждают, что в 2003 году, американские вооружённые силы, посланные президентом США Джорджем Бушем, при поддержке многонациональных сил напали на Ирак, возглавляемый Саддамом Хуссейном и победили его.
Любой разумный человек должен понимать, что подобных, вплоть до деталей, совпадений в истории быть не может. Ведь совпадают и события, и имена главных участников. Совершенно очевидно, что речь идёт об одном событии, которое искусственно разделили на два, что бы «удревнить» историю. Мы прекрасно знаем, что президент в США правит 4 года и может находиться у власти не более 2 сроков, то есть 8 лет! А здесь мало того, что полностью совпадает событие, так ещё и такой же президент. Он что, полный тёзка? Это смешно! Жалкое блеяние официальных историков про то, что это мол Буш-младший, сын Буша-Старшего, который был президентом при первом нападении, не выдерживает никакой критики. Всем прекрасно известно, что власть в США не передаётся по наследству.
Да и зачем нападать второй раз на уже побеждённую страну? Как в ней мог после поражения остаться тот же лидер?
Так что то, что речь идёт об одном событии, а не о двух, можно считать доказанным. Но что это за событие? Неужели война США и Ираком? Но ведь у них нету общих границ, в первоисточниках упоминаются танковые дивизии. Да и как может маленький Ирак дважды воевать с США, да ещё и потерпев уже в первый раз поражение? Но раз у нас упомянута пустыня и название операции «Буря в пустыне», то просто ищем страну, граничащую с США и имеющую на границе пустыню. И мы находим эту страну — это Мексика! И при взгляде на карту мы убеждаемся в истинности нашей версии. Ведь упоминавшаяся в старинных источниках Басра — это искажённое название приграничного мексиканского городка Бандерас, а Тьерра-Бланка — это явно Багдад.

Источник  ivan-gandhi.livejournal.com 

Что такое "свободные деньги"?

Теория Гезеля.

Коммерсант Сильвио Гезель, работавший в конце XIX века в Аргентине и Германии, пытался разобраться, почему его товары иногда продаются быстро и выгодно, а иногда медленно и с понижением цены. Спрос, качество товара? Нет, подъем и снижение продаж мало соотносились со спросом.

Гезель сделал вывод, что в отличие от товаров и услуг деньги можно оставить у себя практически без затрат.

Примитивный пример, задачка на уровне учебника арифметики начальных классов – у одного человека корзина яблок, у другого - деньги. Торговец фруктами должен или продать яблоки за короткое время, или выбросить испорченные фрукты на помойку. И булочник должен продать свой товар; мука ещё может какое-то время подождать, а испеченный хлеб – не подождёт. А вот обладатель денег может ждать, и его «товар» не требует складских расходов.

И Сильвио Гезель сделал вывод: если создать систему, в которой  деньги, как и другие товары, потребуют складских расходов, то реальная экономика избавится от подъемов и спадов, порождаемых  представлениями о выгодности владельцев денег.

«Только деньги, которые устаревают, подобно газетам, гниют, как картофель, ржавеют, как железо, и улетучиваются, как эфир, способны стать достойным инструментом для обмена картофеля, газет, железа и эфира. Поскольку только такие деньги покупатели и продавцы не станут предпочитать самому товару. И тогда мы станем расставаться с товарами ради денег лишь потому, что деньги нам нужны в качестве средства обмена, а не потому, что мы ожидаем преимуществ от обладания самими деньгами».

Источник

В дополнение: